Ловкость рук и бюджет

2016 – год избрания новой Государственной думы. В Козельске новая дума избрана и сейчас перед ней встанет вопрос формирования бюджета. Наша городская дума только начинает в этом упражняться, а уходящая Государственная запускает свой последний бюджет. И если первый бюджет Козельской городской думы так сказать сделает ей лицо на ближайшие пять лет, то на последний бюджет уходящей Госдумы, похоже, депутаты могут с «чистой совестью» наплевать. Посмотрим, как с точки зрения экспертов Госдума манипулирует бюджетными статьями. Тема образования и медицины как всегда в приоритете.

Ловкость рук и бюджет

Дарья Данилова

Источник  http://expert.ru/russian_reporter/2015/23/lovkost-ruk-i-byudzhet/

Как президент увеличивал зарплату, а Госдума ее уменьшала. На 34 млрд. рублей меньше, чем планировалось, получат учителя, врачи и соцработники в 2016 году. С такой поправкой в Госдуму почти на месяц позже обычного внесен проект бюджета на будущий год. Пока депутаты подбивали бюджет, Кабинет министров подготовил им специальную лазейку для снижения расходов на бюджетников и социалку.

Дьявол в статистических деталях

В мае 2012 года, вернувшись в президентское кресло, Владимир Путин пообещал существенно увеличить зарплаты бюджетников. К концу своего очередного срока, то есть к 2018 году, гарант посулил врачам и вузовским преподавателям 200% от среднего дохода зарплаты по региону, а учителям, медсестрам и соцработникам 100%. Областные власти разработали «дорожные карты», в соответствии с которыми доходы бюджетников к 2018­му должны были доползти до нужных показателей. Однако случился кризис, и на одной чаше весов оказалось честное слово президента, а на другой – бюджет с дефицитом в 2 трлн рублей. И тут правительство нашло способ, как одновременно сдержать обещание и сократить эту статью расходов на 34 млрд рублей. Дьявол спрятался всего в одной хитрой формулировке.

До сих пор среднюю зарплату по региону рассчитывали по доходам сотрудников организаций, не обращая внимания на кошельки индивидуальных предпринимателей и тех, кто работает по подряду, по гражданско­правовым договорам. Традиционно именно они значительно занижают свою прибыль в налоговых декларациях (такая практика очень распространена) или просто реально мало получают. Так или иначе, но чиновникам это оказалось на руку. Если добавить их скромные официальные зарплаты в уравнение, средний доход по региону окажется меньше. А значит, оклад медсестры, только что составлявший 70% от среднего арифметического, без всяких финансовых вливаний превращается в 85%, а то и в 90%.

Новую формулу установили в середине сентября. Правда, чтобы не доводить до греха, авторы постановления иезуитски рекомендовали не сокращать зарплаты бюджетников по сравнению с прошлым годом. То есть сами предоставили парламентариям юридическую лазейку, чтобы подрубить зарплаты, но элегантно сняли с себя ответственность рекомендацией. Учитывая, что при этом в целом ряде регионов зарплаты врачей и учителей не повышались еще с 2014­го, а кое­где – и с 2013 года, то на бумаге их средние зарплаты хорошо «подросли». А если добавить сюда двукратное падение рубля и инфляцию, получается, что кошельки бюджетников, вопреки майским указам, значительно похудели.

Пациентов как раньше, а койки сократили

Больнее всего снижение финансирования ударит, пожалуй, по медработникам. Уже сейчас, чтобы получать адекватные деньги, персоналу больниц приходится совмещать несколько ставок, работая буквально круглыми сутками. В межрегиональном профсоюзе работников здравоохранения «Действие» с гордостью рассказывают, что, благодаря «итальянской забастовке» в 2013, им удалось добиться введения твердой надбавки в размере 5 тысяч рублей. Теперь, чтобы получить лишние 12 тысяч, врач стационара может брать не десять ночных дежурств, по 32 часа, а всего пять. В среднем в Москве участковый терапевт получает около 50 тысяч рублей, медсестра – 35 тысяч. В регионах зарплаты соответствующих специалистов меньше примерно в два раза. При этом нагрузка на медиков зачастую существенно превышает все нормы.

– Оптимизация идет: сокращают количество коек в стационарном звене, соответственно сокращают количество ставок. А объем работы в реальности остается прежним, ведь поток пациентов не снижается, – объясняет оргсекретарь «Действия» Андрей Коновал. – Уже сегодня у людей падает зарплата на 30­50%. Раньше человек работал на две ставки, а теперь на полторы, но объем работы тащит тот же. Яркий пример – Сарапульская инфекционная больница в Удмуртии. Было 43 койки в детском отделении, стало 37. В реальности же количество пациентов сегодня – 68. А что такое эти койки: физически они, как стояли, так и стоят, они только юридически сокращены. И под них сокращается штат – с четырех постов до трех.

В 2016 году здравоохранение не дополучит 9,2 млрд рублей, которые должны были пойти на зарплаты. По мнению Андрея Коновала, если ситуация не изменится, все больше врачей будет уходить из муниципальных больниц в платный сектор. Вслед за ними отправятся и пациенты.

­ С моей точки зрения, в последние два года идет негласная реформа – расчищается место для коммерческой медицины, ­ говорит Коновал, ­ А для этого нужно дискредитировать государственное здравоохранение: сокращение поликлиник, огромные очереди, нехватка специалистов. Население само уйдет в частные центры.

Сэкономят на всем, кроме госдолга

Еще больше, целых 24,1 млрд рублей, в зарплатных ведомостях не досчитаются образовательные учреждения. Впрочем, здесь ситуация изначально все­таки легче. Как минимум, в школах пока не ввели круглосуточные рабочие смены (если не считать проверку тетрадей). По словам директора калининградской школы №29 Людмилы Соколовой, если учитель хочет и умеет работать, он может рассчитывать на приличную зарплату:

— У меня в школе на ставку 18 часов не работает практически никто, у всех нагрузка больше. У кого-­то 24 часа, у кого-­то 29. Понятно, что при маленькой нагрузке человек не заработает много. Но у нас и нет профессий, где за три часа в день ты получаешь миллион. Средняя заработная плата у учителей в нашей школе 32 тысячи рублей. В условиях подушевого финансирования учителю получается выгоднее работать в школе, где больше учеников.

Однако на небольшой процент больших благополучных школ в России приходятся тысячи малокомплектных. Уровня средней заработной платы достичь там практически невозможно. Особенно остро эта проблема стоит в сельской местности, где детей мало, и одному учителю приходится вести сразу несколько предметов. К тому же в некоторых школах учителя жалуются на полное отсутствие стимулирующих выплат.

Такого перекоса можно было бы избежать, если бы Министерство образования правильно распределяло бюджетные средства, считает первый зампред комитета Госдумы по образованию Владимир Бурматов:

— До 80% всех закупок в сфере образования имеют коррупционную составляющую. Только 1,8 млрд уходят на презентационные мероприятия самого Министерства образования по классическим схемам вывода средств из бюджета. Порядка 400 млн рублей Министерство образования тратит на собственный пиар. Причем эффективность этих затрат сомнительна: министр раз за разом получает двойку в социологических опросах. Все эти деньги можно было бы направить на повышение зарплат учителей.

Проект бюджета 2016­го скажется не только на зарплатах бюджетников. Около 60 млрд не досчитается здравоохранение, 50 млрд – образование, 55 млрд, почти 40% по сравнению с 2015 годом, – ЖКХ. Сократят и расходы на оборону – на 225 млрд. Это, впрочем, всего 7,2% от прошлогоднего объема. А вот расходы на национальную экономику и обслуживание госдолга, наоборот, вырастут, каждая почти на 12%.

 

Кнопки

Отзыв¬

Если Вы человек - просто поставьте галочку.
сделано dimoning.ru